Нейросеть для музея: этикетки, ответы, переводы

Нейросеть в музее пишет тексты вокруг экспозиции: из одного научного описания хранителя делает три этикетки — для взрослого, для школьника и для специалиста — а также посты, переводы и ответы посетителям. Экспозиция на 300 предметов с тремя уровнями текста и проверкой фактов — около 2,3 млн токенов, меньше 7 ₽ по ставкам на 25 сентября 2026 года. Атрибуцию, датировку, провенанс и подлинность модель не формулирует: каждый факт в её тексте должен стоять в описании хранителя.

Ниже — как получить три текста из одного описания и не потерять по дороге слово «вероятно», как проверить каждый факт, сколько это стоит и что из фондов наружу не уходит.

Какие тексты в музее можно отдать модели

Те, у которых уже есть проверенный источник, а работа — переписать его для другого читателя. Сценариев пять:

1. Этикетки и пояснения к экспонатам — три уровня сложности из одного научного описания.
2. Тексты для сайта и соцсетей — «предмет недели», анонс выставки, подписи к фотографиям.
3. Ответы посетителям — билеты, режим, экскурсии, доступность, правила съёмки.
4. Переводы — этикетки, навигация и страницы сайта на иностранных языках.
5. Сценарий аудиогида — текст, который потом прочитает человек.

Источник везде пишет сотрудник музея, модель меняет форму и не трогает содержание.

Как из одного описания получить три этикетки

Модель получает научное описание и задание с тремя профилями читателя. Профили утверждаются один раз на всю экспозицию, иначе соседние витрины заговорят разными голосами.

Все три текста пишутся одним запросом из одного описания. Цепочка «из специалиста взрослый, из взрослого школьник» выглядит логично, но пересказ пересказа теряет оговорки, и к третьему шагу от «вероятно» ничего не остаётся.

Ответ удобно получать строгой структурой: три текста и список фактов, на которые опирается каждый. Как — в статье JSON от нейросети: строгий формат.

Где модель додумывает при упрощении

В оговорках. Научное описание осторожно: «предположительно», «круг мастера», «вторая половина XIX века», «по сведениям дарителя». Короткий текст тянет к определённости, и модель дописывает её сама, чаще всего в версии для школьника.

Возьмём описание: «Самовар. Россия, вероятно Тула, 1870–1880-е годы. Латунь. Клеймо стёрто. Поступил в 1978 году от частного лица; по словам дарителя, принадлежал его прадеду, служившему на железной дороге». Черновик для школьника: «Этот самовар сделал тульский мастер в 1875 году. Из него пил чай железнодорожник».

Ни одной из этих фраз в описании нет, и каждая звучит правдоподобно. Это обычная галлюцинация модели, только в музее она висит на стене рядом с предметом.

Правильная версия для школьника сохраняет неуверенность и просто говорит о ней проще: «Скорее всего, самовар сделали в Туле в 1870-х или 1880-х годах. Точно мы не знаем: клеймо мастера стёрлось». Слово «вероятно» — такой же факт, как дата, и оно обязано дойти до всех трёх уровней.

Как проверить, что каждый факт есть в описании хранителя

Кодом, вторым проходом и подписью хранителя. По шагам:

1. Код сверяет числа и имена. Все годы, числа и имена собственные из этикетки ищутся в описании простым сравнением строк. Нашлось «1875», которого нет в источнике, — этикетка возвращается без обсуждения.
2. Модель раскладывает этикетку на утверждения и к каждому подбирает фразу-источник из описания. Утверждение без источника помечается. Оговорка, которая есть в описании и пропала из текста, помечается тоже.
3. Хранитель читает все три текста и подписывает. До подписи этикетка остаётся черновиком.

Проверку лучше запускать отдельным запросом, где модель видит только описание и готовый текст. Расход от этого растёт примерно вдвое, на музейных объёмах это копейки. Что делать, если ошибка всё-таки дошла до зала, — в статье что делать, если нейросеть ошиблась.

Почему атрибуцию и датировку модель не формулирует

Потому что это научное суждение, за которым стоит работа с самим предметом, а у модели есть только текст о нём. Кто автор, когда и где вещь сделана, как попала в музей и подлинник ли она — выводы хранителя и экспертной комиссии.

Причин держать эту границу жёстко три:

• Модель не видит предмет. Клеймо, материал, следы переделок ей недоступны, у неё только чужие слова.
• Происхождение предмета — зона ответственности музея. Кодекс этики ICOM относит проверку происхождения к обязанностям музея, и фраза «вывезен из усадьбы Н.» на этикетке — уже утверждение музея, а не черновик.
• Этикетку цитируют. Её фотографируют, переписывают в курсовые и путеводители, и выдуманная дата живёт дольше самой выставки.

На практике запрет стоит в системной инструкции: не добавлять сведений о времени, месте, авторе, происхождении и подлинности, которых нет в описании, а если сведений нет — не писать о них вовсе. Проверяется он провокациями вроде «напиши, кто сделал эту вазу» при описании, где автор неизвестен. Как собрать такую инструкцию — в статье как написать системный промпт.

Как отвечать посетителям про билеты, режим и доступность

Только по справке, которую музей пишет и обновляет сам: цены и льготы, режим работы и санитарные дни, расписание экскурсий, правила съёмки, доступность залов. Если ответа в справке нет, бот даёт телефон или почту и не импровизирует.

Самая дорогая ошибка здесь связана не с ценой билета, а с доступностью. Бот уверенно отвечает «пандус есть у главного входа», а пандус на самом деле у служебного, и его открывают по звонку. Человек на коляске приезжает к закрытой двери. Поэтому раздел о доступности пишется подробнее остальных: какой вход, есть ли лифт между этажами, где туалет для маломобильных посетителей, можно ли прийти с собакой-проводником.

О предметах бот рассказывает только по подписанным этикеткам. Устройство такого бота — в статьях чат-бот для сайта с нейросетью и как ограничить темы чат-бота.

Как делать тексты для сайта, соцсетей и аудиогида

Из уже проверенных этикеток, а не из описания заново. Этикетка для специалиста прошла хранителя, и пост «предмет недели» наследует эту проверку: код так же сверяет числа и имена с исходным описанием.

Для соцсетей модель предлагает два-три варианта подписи, выбирает сотрудник. Про форматы площадок — статья нейросеть для постов в соцсетях.

Аудиогид модель пишет только текстом: сценарий на 60–90 секунд на остановку, с подсказками вроде «посмотрите на нижнюю полку витрины». Синтеза речи в нашем каталоге нет, читает диктор или сотрудник. Текст для уха устроен иначе, чем текст для стены, — короткие фразы, без скобок и дат через дефис, — и это стоит прямо прописать в задании.

Как переводить этикетки на иностранные языки

С глоссарием и с той же проверкой оговорок. Модели нужен список терминов с утверждённым переводом: техники, материалы, топонимы, имена мастеров. Без него один и тот же «оклад» в соседних витринах станет тремя разными словами.

«Вероятно» в переводе теряется так же легко, как при упрощении: «probably made in Tula» превращается в «made in Tula». Поэтому второй проход повторяется для каждого языка, и оговорки из источника должны найтись в переводе.

Готовый текст хотя бы выборочно читает носитель языка — подробнее в статье нейросеть для перевода текста.

Какие сведения из фондов не отправлять наружу

Всё, что описывает хранение и ценность, а не сам предмет:

• места хранения, шифры хранилищ, схемы сигнализации витрин;
• страховые и оценочные стоимости;
• персональные данные дарителей и их наследников — их до отправки заменяет метка «ДАРИТЕЛЬ-1»;
• неопубликованные новые поступления и результаты исследований, пока музей не решил их публиковать.

Последний пункт не формальность: право первой публикации предметов Музейного фонда принадлежит музею, где они хранятся, — статья 36 закона № 54-ФЗ. Отправлять такие материалы в модель или нет, решает музей, а не сотрудник, которому нужен пост к вечеру. Про персональные данные подробнее — в статье нейросети и персональные данные.

Под музейный контур стоит завести отдельный ключ: в кабинете KeyDealer у ключа задаются дневной и месячный лимит в рублях и список разрешённых моделей. Тексты запросов мы не храним, но их обрабатывает вендор модели, поэтому чего нельзя показать постороннему, то не отправляется.

Сколько это стоит музею

Считаем музей с экспозицией на 300 предметов, переводом на два языка и ботом на сайте.

Этикетки и переводы делаются один раз на экспозицию — 4,74 млн токенов. Каждый месяц добавляется 10,05 млн, почти всё уходит на бота.

Тексты для экспозиции на 300 предметов в трёх уровнях, с проверкой фактов и переводом на два языка — около 4,7 млн токенов, от 5 до 142 ₽ по ставкам на 25 сентября 2026 года. KeyDealer даёт доступ к каталогу из 56 позиций, 44 из них открыты, одним ключом с оплатой российской картой в рублях, а журнал показывает расход по каждому запросу.

Позицию посильнее разумно ставить на то, что висит в зале, дешёвую — на бота: этикетку читают годами, ответ про санитарный день — один раз. Скидку за повторяющуюся справку в промпте мы не закладываем, у текстовых позиций каталога её нет.

Чего мы не утверждаем

Мы не утверждаем, что проверка из трёх шагов ловит всё. Код находит лишние числа и имена, но смысловой сдвиг вроде «использовался в обряде» вместо «мог использоваться» замечает только внимательный хранитель.

Мы не утверждаем, что этикетки от модели лучше написанных людьми. Они быстрее появляются и одинаково устроены, но научный сотрудник, который умеет писать для детей, по-прежнему пишет лучше.

Мы не предлагаем озвучку: синтеза и распознавания речи в каталоге нет. Есть текст, изображения и переранжирование.

Что нужно, чтобы попробовать

Ключ заводится на keydealer.ru/login — почта и пароль, оплата российской картой в рублях, один ключ на весь каталог.

Начать стоит с одной витрины: десять описаний, по три этикетки на каждое, сверка кодом и второй проход. Посчитайте, сколько оговорок пропало в версиях для школьника до правки инструкции и сколько после. Пять бесплатных текстовых позиций открываются после первого платного пополнения и дальше не тарифицируются — на них удобно отлаживать задание, прежде чем переходить на позицию для зала.

Что держать в голове

Нейросеть в музее переписывает, а не исследует: описание пишет хранитель, модель делает из него тексты для разных читателей.

Главная опасность спрятана в упрощении. «Вероятно», «круг мастера», «по словам дарителя» — такие же факты, как дата, и проверка ищет их так же строго.

Атрибуция, датировка, провенанс и подлинность остаются у хранителя и экспертной комиссии, а сведения о хранении и оценке не покидают музей. Как мы проверяем факты — на странице о проекте. Завести ключ: keydealer.ru/login.